«Наш нравственный закон - «Никто не забыт и ничто не забыто» - должен относиться к обеим страшным войнам - и к Великой Отечественной войне, и к «войне» с собственным народом.
Великая Отечественная война откатывалась все дальше от Москвы, все ближе к государственной границе нашей страны. С ликованием и слезами радости на глазах встречали жители освобожденных территорий от немецко-фашистских захватчиков своих родных воинов-освободителей. Сколько они пережили тяжкого во время оккупации: страх, голод, унижения, смерть родных и близких. И вот, наконец-то, пришла долгожданная свобода. Но для всех ли она пришла эта самая свобода?
Официальные сообщения в печати нас информируют, что в 1943-44 годах проводилось выселение народов из освобожденных от немецко-фашистских захватчиков территорий Крыма, Кавказа, Молдавии, Западной Украины, Прибалтики на восток. Общее число таких ссыльных составило примерно 3 млн. человек. Ослабленные голодом и болезнями, люди не выдерживали. При переселении умерло около 1 млн. женщин, стариков и детей.
Передо мной лежат документы и фотографии, которые любезно согласилась передать в наш музей бывшая спецссыльная, ныне жительница г. Новосибирска Ирина Алексеевна Травина. Записаны и ее воспоминания.
Вот протокол заседания аттестационной комиссии Наркомироса по Северокавказскому краевому отделу народного образования от 20 декабря 1936 года. В нем указано, что была заслушана учительница немецкого языка средней школы города Пятигорска Анна Степановна Травина. 1893 года рождения. В 1908 году она закончила в Белостоке женский институт, в 1910 году - высшие курсы иностранных языков в городе Варшаве.
Судьба Анны Степановны складывалась удачно. Замужество. В 1918 году родилась дочь Ирина, которая радовала мать, успешно закончила школу, училась игре на фортепиано. Ирина также решила посвятить свою жизнь педагогической деятельности. Еще с детства у матери училась иностранным языкам. Разговаривала на немецком и французском. В 1940 году Ирина Алексеевна заканчивает двухгодичные центральные курсы заочного обучения иностранным языкам в Москве.
Начавшаяся Великая Отечественная, война разрушила все ее планы и мечты. Оккупация. Ежедневный, ежеминутный страх за свою жизнь, за жизнь родных и близких. Необходимо было хоть как-то существовать. Отец вынужден был идти на работу к немцам, иначе смерть.
Отца не стало. По какой причине он погиб, при каких обстоятельствах? - Осталось тайной. При отступлении оккупантов тело его было найдено вместе с другими замученными гражданами Пятигорска в яме. Затем суд и страшное обвинение: раз отец работал у немцев, значит вы враги народа. И с ярлыком «врагов народа», уже тяжело больная, Анна Степановна с дочерью Ириной была выслана в Сибирь.
Долго ехали в холодных, насквозь продуваемых скотских вагонах, совершенно не приспособленных для перевозки людей, в Новосибирск. Из Новосибирска с партией ссыльных добирались до места поселения - в село Пихтовку. Прибыли 17 августа 1944 года, встали на учет в комендатуре. Об этом говорит следующий документ: справка, заверенная печатью и подписанная начальником РО УМВД майором Теличкиным.
Дальше же в этом документе значится, что на основании указания МВД СССР от 20 февраля 1954 года Й. А. Травина с учета спецпереселения снята и имеет право следовать к избранному месту жительства. И ни слова о реабилитации. Вот как. А где же мать? Почему в этом документе о ней ничего не указано. Как же прожили они почти десять лет, эти две учительницы с высшим образованием? Ведь они могли принести и в Пихтовке немалую пользу в обучении и воспитании школьников.
Документ с черным траурным шрифтом «Свидетельство о смерти» говорит о том, что Травина Анна Степановна в Сибири не прожила и года. 19 мая 1945 года скончалась от туберкулеза легких и кишечника в селе Вдовино Пихтовского района Новосибирской области. Похоронили ее на сельском кладбище. Видимо далеко не лечебным оказался для нее пихтовский «климат». Голод и лишения окончательно сломили организм больной женщины.
Сколько же их там похоронено в этой самой Пихтовской зоне: невинно осужденных, насильно загнанных в далекий, с суровым климатом край? Сохранились ли могилки, которые уже сравнялись с землей. Грустная, неведомая статистика. Неплохо было бы нашей общественности подумать о создании в селе Пихтовка памятника, посвященного жертвам сталинских репрессий всех периодов.
Миллионы людей пострадали, и судьбе было угодно, чтобы Пихтовка и близлежащие к ней села, которые еще и сейчас местные жители называют по старинке «зоной», оказались действительно для многих ссыльных «вечным поселением».
Ирина Алексеевна все десять лет перебивалась любой работой, какую дадут, лишь бы заработать кусочек хлеба. Вначале, чтобы отдать его умиряющей матери, а после, чтобы и самой выжить, работала разнорабочей в колхозе, чистила навоз на животноводческой ферме, косила, ухаживала за животными. Дело непривычное, тяжелое,
В конце августа 1945 года пригласила Ирину Алексеевну в районо заведующая Евгения Васильевна Малышева, эвакуированная из Ленинграда, и предложила работу в средней школе по специальности - преподавать немецкий язык в 5-10 классах. Проработала два года. Затем в период повторной волны сталинских репрессий в 1949 году ее уволили, как «врага народа» с формулировкой: «не имеет права преподавать, работать с детьми».
Где только не работала в последние годы: на строительстве Дома Советов в Пихтовке, копала землю и таскала ее на носилках, занималась антисептикой (фтористым натрием обрабатывала перекрытия), очищала кровельное железо и выполняла многие другие подсобные работы. Но «...все работы старалась выполнять исключительно внимательно и аккуратно. С коллективом рабочих все время имела хорошие взаимоотношения, пользовалась авторитетом, была в числе передовых...». Такую вот характеристику дал И. А. Травиной начальник строительства А. Косихин.
Приходилось работать и санитаркой в больнице, и кастеляншей, и завхозом в детском саду, и таксировщицей в заготзерно. Там впервые и увидела Г. И, Овчинникова. Были и очень унизительные моменты, когда приходилось периодически являться в комендатуру для отметки. Были и внеурочные вызовы для дачи ложных показаний на других ссыльных. Особой грубостью отличался Белименко. Всегда кричал, угрожал. Но в основном население относилось по-доброму, с сочувствием. О хороших людях память хранит большую благодарность таких, как колхозница А. И. Помыкалова, которая учила ее крестьянскому труду.
Но самое светлое, незабываемое, что было отрадой в ее трудовой жизни - это участие в художественной самодеятельности в Пихтовском районном Доме культуры. Располагался он на месте, где ныне стоит здание кинотеатра, почти на берегу Баксы в деревянном здании. Работал всегда на полную мощность. Было множество кружков: хоровой, танцевальный, вокальный, драматический, художественного чтения. В самодеятельности активно принимали участие как ссыльные, так и местная молодежь. Была организована агитбригада, которая обслуживала колхозников на уборке урожая. Ирине Алексеевне часто приходилось аккомпанировать на стареньком расстроенном фортепиано.
В селе было много талантливой молодежи. Среди местного населения и среди ссыльных. Драматический коллектив состоял примерно из 70 человек. Руководителем, постановщиком и актером был Игорь Вениаминович Ритенберг из ссыльных, бывший военнопленный. Он закончил театральное училище в Москве, учился с замечательной актрисой Людмилой Целиковской, состоял в родстве с Ермоловой. Как только прибыл в Пихтовку, он сразу же принялся за постановку спектаклей. А играл он так, что весь зал смеялся или плакал. После окончания спектаклей зал ему всегда аплодировал стоя, этим самым подтверждал свое признание и любовь к артисту.
Из профессионалов занят был в спектаклях еще один ссыльный артист из МХАТА А. М. Сахаров. Большую роль сыграла в постановках пьес супруга ссыльного Г. И. Овчинникова Е. В. Наумова. Она работала в качестве режиссера-постановщика не только в Пихтовском, но и Колыванском РДК.
Из местной молодежи в спектаклях неизменно принимала большое участие большое участие Евдокия Васильевна Зенкова (Филимонова). Она бывало и станцует, и споет, и сыграет роль в пьесе не хуже артиста-профессионала. Хорошо играл Филипп Дмитриевич Маслов, Николай Михайлович Ноздрюхин, Геннадий Науменко, Надежда Яковлевна Райт и другие.
Пьесы шли самой разнообразной тематики, в основном классического репертуара: «Без вины виноватые», «Васса Железнова», «Платон Кречет», «Вас вызывает Таймыр», «О друзьях товарищах», «Человек с того света», «40 серебренников», «Раскинулось море широко», «С теплым ветром», «Чужой ребенок», «Свадьба с приданым» и др.
Напамять читал почти все стихи С. Есенина доктор философских наук Иван Николаевич Гончаров, который работал, сторожем в загатзерно. Существовал и большой хор, которым руководила певица Тамара Алексеевна Медведева. Хорошими вокальными данными обладала Е. В. Зенкова, А. П. Иссад, Б. Т. Клочкова, Евгений Морозов.
В хоре пели русские народные и советские песни. Готовили отрывки из классических оперетт «Свадьбы в Малиновке», «Графа Люксембург», «Запорожец за Дунаем». Арию Одарки исполняла Т. Медведева, она же пела и русские народные песни. Нравился слушателям задушевный и очень популярный в те времена вальс «В лесу прифронтовом».
Душой всего коллектива художественной самодеятельности была всеми уважаемая ссыльная Ванда Казимировна Мицкевич. Конферансье, ведущая, исполнительница юмористических рассказов всегда приветливая и общительная она умела вовремя приободрить, посоветовать что-нибудь доброе, светлое. Вот такой и осталась в памяти пихтовчан. По окончании ссылки вернулась на Кавказ и до последних своих дней работала в домике-музее М. Ю. Лермонтова.
Художественная самодеятельность благодаря участию и руководству ссыльных, в Пихтовке была на высоком уровне. Самодеятельные коллективы принимали участие в районных и областных смотрах-конкурсах, в праздниках песни и большей частью занимали там призовые места.
И высокое искусство, которому они служили, помогло, этим замечательным людям выжить, остаться добрыми, отзывчивыми, великодушными, быть верными искусству настоящему, повести за собой молодежь села. А трудящиеся Пихтовки после просмотренных спектаклей получали своеобразный заряд душевных сил для повседневной жизни, повседневного труда.
Но шло время, и для невинно пострадавших от сталинизма, наступил долгожданный час - реабилитация. По родным местам разъехались ссыльные, увозя с собой не исчерпанный до конца заряд высокой культуры, которую они несли как истинные патриоты отчизны тем, кто был рядом с ними в то трагическое время. А у местных жителей от общения с этими людьми остались хотя и грустные, но самые теплые и светлые воспоминания о пережитом.
Курицкая, В. Ссылка их не сломила // Трудовая правда. – 1989. - 17 августа.
